Экономическое затишье, почему то называемое в России признаками стабилизации, породило забавную и бессмысленную дискуссию о том, какую букву напоминает нынешний глобальный кризис – L, V or W. Уже сама дискуссия показывает, мне кажется, полную беспомощность современной экономической мысли, которая, если и существует теперь, по-моему, только для того, чтобы укреплять авторитет и репутацию астрологии и хиромантии. При этом большинство экспертов и политиков сходятся в том, что в ближайшие месяцы в стране неизбежно начнется, так называемая, вторая волна кризиса. Расходятся же они в том, какие конкретные формы она примет. Мне кажется, это глубоко ошибочное мнение.

Мир сегодня меняется слишком быстро, для того, чтобы политические механизмы развитых стран успевали адекватно на это реагировать. На международной арене стремительно складывается новая расстановка сил, что с одной стороны связано с тем, что большие державы утратили контроль над глобальной повесткой дня, а с другой – международное влияния все меньше связано с размерами экономики, территории или армии, а все больше с эффективностью внутренней модели развития страны, ее привлекательностью и способностью к модернизации. Это заставляет переосмыслить принципы внешней политики. Вот некоторые из них.  

Президент Дмитрий Медведев подписал указ о создании Комиссии по противодействию попыткам фальсификации истории в ущерб интересам РФ. На мой взгляд, на сегодня, это самый неудачный и вредный указ Медведева. Именно он неизбежно приведет к попыткам фальсификации истории. Если отбросить в сторону очевидные проблемы с академической свободой, являющейся основой любого исследования, президент, по сути, создал инструмент формирования государственной идеологии, что в сегодняшней России запрещено Конституцией.

В среду в Лондоне состоится первая встреча Дмитрия Медведева и Барака Обамы. Идея перезагрузки российско-американских отношений является, безусловно привлекательной. Однако, мне кажется, она исходит из неправильной предпосылки, что эти отношения на каком-то этапе сбились с правильного пути и задача теперь состоит в том, чтобы через их перезагрузку вернуть две страны на этот правильный путь. Это было бы здорово, если бы авторы и сторонники с обеих сторон идеи перезагрузки объяснили бы, где именно этот правильный путь пролегает, через какие ориентиры он проходит, а главное - куда он должен привести. В Америке справедливо говорят: если не знаешь, куда идти - любая дорога является правильной.

Приближающаяся встреча президента России Дмитрия Медведева с его американским коллегой Бараком Обамой вызывает не просто большой интерес в мире, но и все возрастающие оптимистические ожидания. Как известно, она пройдет в Лондоне накануне встречи "большой двадцатки", которая будет продолжать искать общие выходы из глобального экономического кризиса. Хотя встреча американского и российского президентов пройдет 1 апреля, было бы хорошо, если бы они на ней обошлись без взаимных розыгрышей. Ибо вопросы, которые предполагается обсудить, носят самый серьезный характер, а сама встреча должна продемонстрировать, насколько Америке и России удается начать работу по "перезагрузке" двусторонних отношений. Или не удалось... 

Хотя извечный спор о том, что первично — общественное бытие или общественное сознание, — наверное, никогда не закончится победой одной стороны, большинство едино в том, что эти две категории тесно взаимосвязаны и не могут существовать независимо друг от друга. В полной мере это относится к взаимозависимости политики и экономики, причем как в национальном, региональном, так и в глобальном масштабе.

С одной стороны, все согласны с тем, что нынешний экономический кризис глобален и его преодоление неизбежно будет носить наднациональный характер. Можно предположить, что если начавшаяся пару десятилетий назад глобализация стала размывать понятие «национальная экономика», то этот кризис ускорил процесс его полного уничтожения. Глобальная экономика неизбежно приходит на смену различным комбинациям десятков национальных экономик. Финансовая и экономическая взаимозависимость мира сегодня такова, что выход из кризиса через мировую войну или серию вооруженных конфликтов, как это предсказывают, опираясь на опыт прошлых кризисов, некоторые остроумные эксперты, просто невозможен, ибо совсем не понятно, как защитить свою национальную экономику, если она в значительной степени зависит от состояния мировой экономической системы. Это видно, например, в экономике США, которая сегодня постоянно входит в конфликт и конкурентное соревнование сама с собой, выступая одновременно в качестве национальной экономики страны и в качестве крупнейшей составной части глобальной экономики, в том числе в экономиках других стран, прежде всего Китая, Евросоюза или Канады. Еще заметнее эта проблема в Европейском союзе с его высокой взаимной экономической интеграцией.

Долго я полагал, что знаменитая формула спикера Госдумы Бориса Грызлова «парламент не место для дискуссий» станет вершинным достижением российских политических благоглупостей. Тем более что автор в прошлом году творчески развил ее, утверждая, что «реальная точка зрения народа формируется во внутрипартийных дискуссиях "Единой России", в то время как межпартийные дебаты в Госдуме — это скорее политическое шоу, показ своих позиций перед своими избирателями, нежели выработка какой-то будущей позиции, т. е. позиции, которая будет принята». Я-то думал, что выдавание мнения партии за мнение народа ушло в прошлое с позорной 6-й статьей советской конституции.

Позже я понял, что поспешил, увидев, как один из руководителей «Единой России» —Вячеслав Володин прокомментировал продление полномочий президента и депутатов. Он сказал, что теперь власти России смогут работать, «не отвлекаясь постоянно на подготовку к выборам». Даже лидерам КПСС никогда не приходило в голову так цинично опускать избирателей. Когда мир погружался в глубочайший экономический кризис, российские власти в срочном порядке принимали поправки, увеличивающие сроки своего пребывания у руля. Это ярче, чем любые слова, демонстрирует их реальный приоритет.

Для тех, кто хочет встретиться и пообщаться со мной лично, особенно по поводу книги «Противостояние. Россия. США», можно это сделать в субботу 21 февраля в 14 часов в книжном магазине Библио-Глобус.
Адрес магазина: Мясницкая ул., д. 6/3. Проезд до станций метро: "Лубянка", "Кузнецкий мост", "Китай-город".

Владимир Путин выступил на Всемирном экономическом форуме в Давосе с хорошей, содержательной речью, содержащей весьма разумные мысли и предложения.

Если перенести их российскую почву, то становится очевидным, что сам Путин очень часто строил свою политику именно так, как сейчас он советует другим странам ни в коем случае не делать, ибо это неизбежно ведет к кризису. Если читать речь Путина с точки зрения приложения к той системе управления страной, которую он создал в России, то, похоже, что эта речь является, по сути, путинским признанием ее несостоятельности. Иными словами, нужны глубокие системные изменения в самой России. Последуют ли они?

В этой связи интересны слова Путина в Давосе о том, что «нет никаких оснований полагать, что переложив ответственность на государство, можно достичь лучших результатов. Я понимаю, что всегда есть соблазн прильнуть к источнику государственного благополучия. Но это тоже исчерпаемый источник, во-первых, а во-вторых, не всегда эффективный». В условиях реальной монополии на власть в России это уже выглядит как попытка этой самой монополии начать уходить от ответственности и растущей критики за неудачи антикризисной программы.

В Москве не смолкают дискуссии о том, как приход Барака Обамы изменит характер российско-американских отношений. В основе большинства из них лежит тезис: главной причиной трудностей в отношениях двух стран были ошибки в политике Джорджа Буша, недовольство Америки ростом влияния Москвы в мире, ее попытки воспрепятствовать этому росту, создание сети недружественных государств вокруг России, пренебрежение российскими интересами и т. д. Как правило, эти дискуссии кончаются рассуждениями о том, что именно Вашингтон должен теперь изменить в своей российской политике, дабы пресечь негативный тренд в отношениях с Россией. Мне представляется такой подход не только ошибкой, но и опасным самообманом, который ведет к новым разочарованиям и конфликтам. Единственным его плюсом является возможность во внутренней пропаганде опять обвинить в них американскую, теперь уже обамовскую, администрацию. 

В последние недели перед уходом в отставку Джордж Буш развил на радость американским журналистам большую публичную активность. Он дал множество пространных телевизионных и печатных интервью, согласился быть гостем нескольких популярных телевизионных шоу, сам совершил ряд выступлений по радио и ТВ, попрощался с журналистским пулом Белого Дома, своими сотрудниками, произнес из своей резиденции трогательную прощальную речь, обращенную к народу Америки и т.д. Буш, безусловно, побил все месячные рекорды президентов США, которым и так приходится, по сути, все время пребывания в должности находиться под жестким давлением, контролем и наблюдением со стороны своих национальных СМИ.

Думается, что задача, которую ставил перед собой уходящий президент Америки, заключалась в том, чтобы, с одной стороны, самому сказать про свои ошибки и просчеты, которых, по его собственным словам, было немало как во внешней, так и во внутренней политике. А с другой стороны, Буш хотел особо подчеркнуть напоследок то, что он всегда утверждал - что он был президентом, который не боялся принимать решения, независимо от того, насколько популярными они были в стране и мире, независимо от того, как их принятие влияло на его рейтинг. Все мои решения, говорил Буш в прощальном обращении к американцам, я принимал только по одной причине – я верил, что они принесут пользу Америке и ее народу. Можно спорить по поводу многих тяжелых решений, которые я принял, но невозможно спорить о том, что я никогда не боялся брать на себя личную ответственность, принимать самые трудные, противоречивые, непопулярные решения, подчеркнул он с гордостью. Похоже, Буш искренне верит, что история даст ему совсем другую оценку, чем ту, которую ставят ему сегодня.

Все признают, что мир переживает кризис, сопоставимым по масштабам с Великой экономической депрессией 1929 –1933 годов. Однако думается, прямые сравнения тут неуместны, ибо то, что сегодня называется мировой экономикой, напрочь отсутствовало тогда. Скорее это был кризис ряда национальных рыночных экономик, в первую очередь, американской. Мы же имеем дело с кризисом, который протекает в условиях глобальной экономики и финансовой системы, а также функционирования всемирных коммуникационных, информационных, социальных и т.д. связей. Никогда еще мир не был так взаимосвязан и един. Никогда еще экономика, политика и идеология не переплетались столь тесно в глобальном масштабе.